Газетчик славы не найдет, песцовой шубы не сошьет

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

Распорядительный комитет ТГМ. Князев в центре  сидитЖила-была в Тобольске Марья, может и не красавица, но что Премудрая - точно. Курса наук женской гимназии ей показалось мало. Подалась наша умница в столицу. Без пригляда родительского спозналась с людьми опасными - народниками да социалистами, и ведала у них явками. За что и обрела вместо курса наук 6 лет якутской ссылки. Не думала, не гадала наша революционерка, что найдет она в той земле неведомой суженого-ряженого Алёшу Поповича (партийная кличка народника Виктора Костюрина). А, вернувшись в края родные, явила миру еще и талант Сказительницы.

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается

Какая же сказка без царевича! Ба, да вот и он - Александр, сынок купца I гильдии Андриана Сыромятникова, владельца водочных и пивоваренных заводов. Рос он, подрастал и от­каза ни в чем не знал. Захотел и подался в столицу, не закончив курса гимназии. Кумирами молодежи тех лет были народники - беззаветные защитники крестьянства. По юношескому недомыслию посылал Александр нелегальную литературу прямёхонько на адрес папенькиной конторы. О чем приказчик не преминул сообщить куда следует.

Дважды привлекали ретивого отпрыска к дознанию, но за недостаточностью улик определили на поруки родителям. Так "шалость" сына простили за деньги отца. Сегодня бы сказали - мажор! А вот и нет. Вернувшись в родные пенаты, Александр Сыромятников создал огромную по тем временам сеть магазинов разных товаров (тобольские супермаркеты). Да еще продолжил дело отца. Он же основал первую рекламную частную газету, назвав ее по примеру "Московского листка" - "Сибирским листком". Да вот заниматься им владельцу было не только недосуг, но и накладно. Столкнувшись с жесткой цензурой и потратив на газету свыше 6 тысяч рублей, он пристроил ее в добрые руки Костюриных. Полагаю, безвозмездно, хотя документальных подтверждений тому нет.

Самая популярная газета Тобольска

Супруги Костюрины рулили газетой 19 лет. Со временем она начала приносить доход. Реклама, объявления - как без них? Рубрики схожи с той газетой, что вы держите в руках:

- предлагается в аренду торговое помещение (Прохор Андреев);

- нужны трезвые ямщики для почтовых станций в г. Тюмени (тел: 0-314);

- ищу уроки музыки, можно за обед (д. №5 по Качаловской речке).

За строку на первой полосе такса была 20 копеек, на последней - 10 копеек. По-божески. Но, самое главное, Костюрины сделали газету интересной. Как? Скажите, кому мы больше симпатизируем? Правильно, единомышленникам! Марию Николаевну и губернатора Князева объединяла "любовь к отеческим гробам, любовь к родному пепелищу". Леонид Михайлович был председателем Распорядительного комитета музея, Мария Николаевна - помощницей библиотекаря, и прочее и прочее. Сумела она таки добиться разрешения на новые отделы: беллетристики, городской хроники и невиданной по тем временам роскоши - фельетонов! И это от губернатора с устоявшимся имиджем "старого крючкотвора"!

Мария НиколаевнаАй да Мария Николаевна, ай да молодец! Какие репортажи на злобу дня она писала! Вот, например, "Первый аэроплан в Тобольске!" "Из-за погодных условий аэроплан "Фарман" не взлетел. Но ведь это 1-я ласточка".
И далее зарисовки с натуры: "Кавалеры предлагали барышням: "Не желаете ли полетать на аэроплане?". А барышни в ответ: "Нет, благодарим вас, сами полетайте". Главное же, полет фантазии автора. "Пройдет 40 лет, - верит Мария Николаевна, - и слетать в Тюмень будет так же просто, как выпить чашку чая. Аэроплан будет тогда таким же легким, как воздушный велосипед. Ах, так бы и посмотрел, как наши потомки будут летать! Может и доживем?!" ("Сибирский листок", 24 августа 1914 г.)

Дожили, Мария Николаевна, и ездим, и летаем. Но далеко не каждый может позволить себе "воздушный велосипед".

"Нет, я не люблю пролетариат", -

с полным основанием могла бы сказать вслед за профессором Преображенским наша героиня. В 1906 году за статью "Весть о свободе в деревне" и "Зачем люди ходят с красным флагом" ее обвинили по ст. 129 "за статьи, возбуждающие к ниспровержению существующего в государстве общественного строя".

"Печать может причинять много зла и много добра. Госпожа Костюрина перешла эту грань и потому подлежит наказанию", - заявил товарищ прокурора Л.К. Шурас. Однако адвокат Н.В. Пигнатти сумел доказать всю абсурдность обвинения, и редактор была оправдана. В этот же день в любимой рубрике "На злобу дня" бывшая обвиняемая пишет: "Ах, почто же за меч воинственный я свой посох отдала?! То ли бы дело отдыхать на природе, рвать цветочки, не читать и даже не видеть газет. Но я твердо решила, что, если мне предложат на выбор пулемёт или бывший цензор, я выберу пулемёт, по крайней мере, больше никаких издевательств!" Газету удалось отстоять.

Пришел 17-й год. В июне Виктор Фёдорович публикует статью "Вынужденная отповедь" - о разгроме, который учинили пьяные солдаты на заводе Александра Сыромятникова: "грустная история, что стыдно и говорить про неё". Но газета рабочих депутатов "Известия" навязала "Листку" полемику и преподала горький урок: "старый ли, новый обряд, а ты становись в ряд, хорош будешь". Новая власть предписала Костюриным увеличить зарплату и улучшить условия труда рабочих. Городская дума предпочла нейтралитет.

В типографию зачастили комиссии Союза печатников. При желании нарушения можно найти везде. Мария Николаевна через газету пыталась объяснить читателям: "С начала основания нашей газеты у нас сложилась своеобразная рабочая республика с 8-часовым рабочим днем и жалованьем, которое не шло ни в какое сравнение с губернскими или епархиальными ведомостями" ("СЛ", 29 августа 1917 г.). Но разве могли ей простить тот крик души, хотя и с большой долей иронии: "При старом режиме приходилось прятать только литературу, а при новом ещё и ложки, часы - и всё закапывать, да поглубже. Ну, денег у меня, положим, никогда не бывало и не будет ни при каком режиме. А уж что касается "печати" и ее "свободы", то куда там старому режиму угнаться за нынешним. Так что, граждане, если один режим не хорош, а другой и того хуже, то я право уже не знаю. Не лучше бы какой-нибудь ещё новый" ("СЛ", 25 февраля 1918 г.).

Но ко всем бедам, свалившимся на газету, добавился запрет принимать платные объявления, монополия на которые перешла исключительно к "Известиям". 2 июня 1919 года Марию Николаевну постигло личное горе. Ушёл из жизни муж - Виктор Федорович. Могучий организм Алёши Поповича не осилил туберкулёз и чуждый южанину сибирский климат. Газета закрылась. Про себя наша Сказительница говаривала: "Есть такие люди - ни к какому режиму не подходят". Но оставались многочисленные общественные обязанности, сбор местного фольклора. В городе её знали, уважали, ценили.

Хотелось бы завершить по-ска­зочному: "и жила она долго и счастливо". Долго - да: ушла из жизни на 81 году, 6 марта 1943 года. А что ж, можно сказать и счастливо: пережила 1937 год - во враги народа не записали.

Низкий поклон вам - Мария Николаевна и Виктор Фёдорович, мастерам печатного дела, гражданам Тобольска с большой буквы, от ваших потомков. К сожалению, дом по улице Ремезова, 14, где располагалась редакция и типография Костюриных, снесён в 2008 году как "не представляющий исторической ценности"…

Елена Габибова

Другие интересный истории и факты можно узнать, подписавшись на  электронную версию газеты "Тобольск-Содействие"


Понравилась статья? Поделитесь с другими!


Комментарии

Обсуждают